“Трикстер” Пол Радин

Пол радин Трикстер“Трикстер – это тень на краю человеческого сознания, это образ на границе культуры, божественный плут, перворожденный и бесноватый. Трикстер – это разрушение миропорядка вплоть до самоуничтожения, это создание культурного пространства в соединении несоединимого: добра и зла, жизни и смерти, божественного и человеческого.” Трикстер – воплощение хаоса, беспорядка, скольжения между границами и свободного нарушения этих границ, их невосприятия.

Образ настолько же привлекательный, насколько нереализуемый. В литературе и кино поэтому используется его упрощенный вариант, который я называю “злой шут”. Наиболее близким и полным лит. подходом к типажу трикстера является Джокер, злой шутник, логика которого не просчитывается. Он изменчив, каждый раз предлагает новую историю, – и почти всегда врет. Ты не знаешь, когда он скажет правду, в этом и сюрприз. Но трикстер as is гораздо более сложен, потому что его действия зачастую удивляют его самого. У него отсутствует чувство собственного достоинства, он готов плутовать, но так же готов и исправлять ошибки. Он заложник собственного непостоянства. “Он оборотень и не гнушается злыми шутками. В игре он плутует, в состязаниях нечестен”.

Раздобыла книгу Пола Радина “Трикстер”, которая издана на русском смехотворным тиражом в 3000 экземпляров. Про Локи существует достаточно много литературы, но Радин рассматривает мифы о Койоте у виннебаго и сходные мифы других индейцев, которые, к сожалению, значительно уступают первым. Удивительное пренебрежение темой на русском – ведь слово “трикстер” уже вызывает зуд, разве нет? Я нашла книгу не зря – там встретился весьма остроумный миф (хотя, по правде говоря, они все были недурны) про то, как утомленный проказами трикстер шел по лесу и встретил маленького лиса. Continue reading

Share Button

Кэмпбелл “Герой с тысячей лиц” (“Тысячеликий герой”)

“Там, где моралист был бы охвачен негодованием, а поэт — трагик — состраданием и ужасом, мифология превращает всю жизнь в великую и ужасную Божественную Комедию. Ее «олимпийский смех» ни в коей мере не является эскапизмом, напротив, он суров суровостью самой жизни — которую мы можем считать суровостью Бога, Создателя. В этом отношении мифология выставляет позицию трагика несколько истеричной, а чисто моральную оценку — ограниченной. Однако эта суровость уравновешивается заверением в том, что все, что мы видим, является лишь отображением силы, которая, незатронутая болью, продолжает свое существование. Таким образом, сказки являются одновременно и безжалостными и лишенными ужаса — преисполненными радостью трансцендентной анонимности в отношении любой самости, самодостаточности и борений любого эго, которое рождается и умирает во времени.”

Книга Кэмпбелла “Тысячеликий герой” имеет свою славу как среди писателей/сценаристов, так и среди создателей игр. Кэмпбелл считал, что разнообразные мифы и сказания имеют один и тот же костяк, круг, состоящий из набора основных шагов, которые должен пройти герой, чтобы стать Героем. В форме короткого мультфильма суть передана ted:

Continue reading

Share Button